makekaresus (makekaresus) wrote in kultovoe_kino,
makekaresus
makekaresus
kultovoe_kino

Category:

Левиафан как консюмеристская симуляция...

«Левиафан» - полнейшая хрень, как собственно наша убогая российская действительность. А если выразиться точнее, «Левиафан» суть чистейшая и незамутненная симуляция, отражающая здешние социальные реалии, вернее – само по себе симулятивное «социальное», прячущее за собой ничто, голый референт. Хотя опять «нет», ничего фильм не отражает, а является знаковым отростком нашего заидеологизированного и обыскуствленного бытия. Именно в симулятивности, доподлинной искусственности и прячется секрет успеха фильма, его кинематографическая ценность. И здесь заложена парадоксальная характеристика данной визуальной работы: уж простите, переусложненная простота. С одной стороны, предельная симулятивность данного фильма (чистейшая игра знаками) позволила разыграть партию с самыми пошлыми клише постсовременного информационного пространства («маленький» человек, «этика», коррупция, клерикализм – артефакты уже совершенно не реальные, но погрузившиеся в семиотическую бездну дешевых абстракций и растиражированных образов). Эти семиотические клише так глубоко проникли в гостеприимную пористую среду «социального», что давно не понятно за кем же остается главенство (активная роль) в этом эдипальном инцесте образа и реального. Тогда в чем же заключается тяжесть и трудоемкость этой легковесной и "продажной" симуляции? Естественно, за это в ответе мастерство режиссера, искусно оперировавшего самыми впечатляющими знаками, разыгравшего неплохую партию социальной драмы – симуляция соцреализма. Талантливое обыгрывание самых разнородных массовых образов и элитарных идеологем: архиерей-оппортунист, прославляющий власть, пролетарий-лузер-алкоголик, лишний в крайне капитализированной системе, богомерзкий изверг-чиновник, творящий беззаконие «на местах», похотливая женушка, отдающаяся за «столичный» Успех. Кто будет оспаривать, что это – часть реальности… но в большей степени, специфической реальности «пукинских» масс-медиа, современной разжиженной идеологемы, наспех скроенной, довольно слабенькой и ограниченной. Поэтому «Левиафан» можно назвать социальной порнографией, он – как Тинто Брасс в области общественной репрезентации; высокохудожественен в сравнении со своими цеховыми конкурентами, но, тем не менее, также непристоен. Уже давно понятно, что весь отечественный социум проникнут духом этой непристойности: каждый обыватель знает относительно существования изнанки власти и любое медиа-сообщение охвачено выведением на свет Божий «непристойного». Получается «Лайтовая» социальная порнография с дорогостоящим антуражем и недешевым сеттингом; претенциозная скандальность прячет за собой обыкновенный писательский конформизм, вернее – Ничего, ибо конформизм и есть глубинная прозрачность, оставляющая видимость наедине с собой.

Но все сделано качественно; наличествует, в конечном счете, зрительская эмпатия, говорящая о гармоничности художественного произведения. Отсюда, конечно, согласишься, что столь талантливых игроков в области семиотической и визуальной комбинаторики предельно мало, поэтому эксцессы общественного признания вполне справедливы. Только вот «Левиафан» - это не наследница великих кинематографических симуляций, типа «Барри Линдона» (симулятивный образец по меткому прозрению Бодри). К сожалению, он остается ужасно продажной и слабохарактерной симуляцией; даже стандартизированное впрыскивание дозы общественного «моралина» не мешает, а лишь подкрепляет завороженность симуляцией настоящего социума. Изобразив «всё как есть», режиссер не оставляет места для отхода; мы заточены в семиотической темнице популяризованных социальных образов. Сейчас социального реализма не существует, ибо само общество сравнялось со своей симуляцией, как пресловутая борхесовская карта Империи. Именно поэтому и вышла мастерская комбинаторика знаков, которую будут выделять и всячески поощрять. «Левиафан» - чистейшая социальная поверхность видеоряда, скрывающая нарочито заряженной моралистичностью отсутствие глубины; именно клишированная этичность основного посыла фильма и доказывает всю симулятивность работы Звягинцева.

А вот истинно гениальная и почти модернистская (все-таки спаянная постсовременными методами) Работа А. Германа «Трудно быть богом», к сожалению, останется пылится на полках быдло-библиотек.

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment