Денис Прошин (atleisure) wrote in kultovoe_kino,
Денис Прошин
atleisure
kultovoe_kino

Category:

BIG BAD BOSS

    "Плохой начальник" как культовый персонаж  
 

Белые акулы-людоеды – восьмиметровые Carcharodon carcharias – лишь изредка появляются на киноэкранах. (После многолетнего перерыва одна из этих хищниц в сентябре 2011 зловещей тенью промелькнула в формате 3D.) Пандемии, астероиды или цунами, под хруст попкорна истребляющие население целых стран и континентов, также проносятся по экранам сравнительно нечасто. Конец света, устроенный Майклом Бэем и Роландом Эмерихом («2012»), – тот так и вовсе случился лишь однажды. (Что, впрочем, логично.) На этом фоне киношный «очень плохой босс» выглядит как постоянно действующий генератор «негативных энергий». («Плохой», разумеется, не с профессиональной, а с моральной, «общечеловеческой» точки зрения.) Редкий год проходит без того, чтобы перед зрителем не предстал очередной образчик этого особого вида кинозлодеев. А летом 2011 на нас одновременно набросились целых три «Несносных босса». Только подумайте: три босса – и всего лишь одна белая акула-людоед.



«Несносный босс», «начальник-тиран», «менеджер-параноик» – почему Голливуд так настойчиво возвращается к этой теме? Почему на одного хорошего киношного начальника приходится без малого дюжина – чёртова дюжина – плохих? Не нужно верить мне на слово – проверьте сами. Итак, называем хотя бы три заметных фильма, в которых начальнику или начальнице была отведена главная положительная роль. От начала до конца. Так, чтобы на протяжении фильма начальнический характер не менялся, становясь более «человеческим» – и, соответственно, менее «начальническим». (Как это произошло с малоприятной на первых порах героиней Сандры Буллок в комедийном «Предложении».) Боюсь, поиски затянутся, даже если мы пройдёмся по всей палитре жанров – от романтических комедий до триллеров.

Конечно, можно вспомнить Джина Кранца, одного из менеджеров НАСА, сыгранного Эдом Харрисом в «Аполлоне-13». Кранц – «директор полёта», отвечавший за возвращение на Землю изуродованного взрывом «Аполлона» и мастерски «дирижировавший» наземными службами в хьюстонском космическом центре. В фильме Кранц говорит: «Неудача – это не вариант» (фраза, которую, пожалуй, любой менеджер согласится начертать на своём гербе). В действительности Кранц никогда не произносил таких слов, однако эта придуманная сценаристами строчка настолько пришлась ему по душе, что он позаимствовал её в качестве заглавия для своей автобиографии. Великое множество раз исторические персонажи на экране говорили то, чего они не говорили в жизни. Но случай с Кранцем, возможно, первый и единственный на сегодняшний день, когда живой человек охотно принимает сказанное его экранным «двойником».

За свои заслуги Джин Кранц удостоился нескольких высших наград НАСА. Эд Харрис за исполнение роли легендарного менеджера в 1995 был номинирован на премию «Оскар». Но только номинирован и только за роль второго плана.

Можно вспомнить М – бессменного начальника (с 1995 – начальницу) Джеймса Бонда. Но опять-таки – вспомнить, чтобы убедиться в том, что и образ М не нарушает сложившейся картины: «хороший начальник» как главный герой – это нечто невиданное. До недавнего времени босс агента 007 материализовывался на экране лишь на несколько минут, давал Бонду очередное задание и исчезал, освобождая место для подвигов своего подчинённого. Появление М было «ритуальным» сюжетным ходом в прологе каждого фильма, как и шуточки Бонда с безнадёжно влюблённой в него секретаршей Манипенни, как и шляпа, которую Бонд с порога набрасывал на вешалку в начальнической приёмной. Вот и вся роль для «хорошего босса» – в одном ряду с трогательной старой девой, шляпой и вешалкой. (И вдобавок ко всему этому я, возможно, был слишком добр по отношению к М: так ли уж хорош этот бюрократ из Секретной службы Её Величества, вечно брюзжащий и пытающийся удержать Бонда в «рамках приличий»?) Госпожа М, дебютировавшая в семнадцатой части «бондианы», безусловно, ярче и значительнее своих предшественников-мужчин, однако не в такой мере, чтобы мы признали за ней право называться настоящим «хорошим боссом» в одной из главных ролей фильма. В конце концов, как бы ни менялся экранный облик М, фильмы о Бонде – это фильмы о Бонде, и точка.

Кого ещё назвать? Ума не приложу. Но стоит спросить о «плохих боссах» – и память один за другим выдаёт десятки примеров. Роли главные и второстепенные; впечатляющие образы, смешные образы, образы, вызывающие презрение… Мы не найдём практически ни одной области, где нас не встретил бы начальник, виновный как минимум в одном «преступлении против человечности». В спецслужбах и в фармацевтических корпорациях, в издательствах и в домах моды, в шоу-бизнесе и в спорте, во всех частях света, на Земле и в космосе, с разным размахом, по множеству причин и с различной степенью успеха «плохие боссы» творят зло. Не кто иной, как алчный топ-менеджер нефтедобывающей компании в 1976 привозит в резервуаре танкера пленённого Кинг-Конга – многометровую аллегорию эксплуатируемого Третьего мира. А в 1978 (задолго до патетического «Аполлона-13» с его безупречным топ-менеджером) другой американский космический босс в «Козероге-1» пытается любой ценой скрыть правду об инсценировке полёта на Марс.

Заберись мы в космос ещё дальше, спасения не будет и в такой дали. «Вы проспали пять лет, девять месяцев и двадцать два дня», – слышит подлетающий к Пандоре бывший морпех Джейк Салли из «Аватара». Пандора в созвездии Центавра, но и там нас с Джейком Салли уже поджидает мистер Селфридж, «региональный менеджер» горнодобывающей компании RDA, посылающий бульдозеры и военную технику, чтобы расчистить дорогу к «серым камушкам по двадцать миллионов за кило» и хорошим годовым отчётам перед собранием акционеров. Чем всё закончилось на Пандоре, мы видели объёмно.

Итак, перед нами – широчайший спектр «плохих боссов», их весьма разнообразный «модельный ряд». И это работает. Не всегда так, как хотелось бы тем, кто создаёт образы «плохих боссов» (судя по отдельным кассовым фиаско), но в общем и целом работает очень даже эффективно. Так в чём же секрет «востребованности» и успешного маркетинга киношных начальников-деспотов и администраторов-злодеев?

Первый – самый простой, очевидный – ответ: это работает потому, что в нашем мире подчинённые численно превосходят начальников; и поэтому в кинозалах тоже собираются преимущественно подчинённые, а не начальники. (Последним, к тому же, может просто не хватать времени на походы в кино. Есть дела поважнее, поинтереснее, попрестижнее.) И киноистории, соответственно, сочиняются и рассказываются в расчёте на большинство с Main Street, как говорят в Америке (где Main Street, Главной улицей, называлась центральная – и порой едва ли не единственная – улица каждого второго провинциального городка). Иными словами, в расчёте на «среднестатистического зрителя», который, как правило, видится со своим реальным боссом на какой-нибудь оперативке и по большей части сидит там с гримасой почтительной сосредоточенности, чувствуя, как от волнения потеют ладони. Для такого зрителя встреча с киношным «плохим боссом», которому в итоге не избежать поражения, – это возможность получить реванш, добиться компенсации, заглянуть в «параллельный мир» – туда, где, представьте себе, Добро торжествует над Злом. Вариант: где в душе у «плохого босса» вдруг просыпается нечто человеческое.

Киношному боссу никогда не достанется роль человека, самоотверженно борющегося за свой жизненный успех, – образ, столь близкий массовому зрителю. Не достанется по определению. Просто потому, что согласно сценарию он, начальник, этого успеха в той или иной степени уже добился. Но вот роль препятствия, которое трудолюбивый «маленький человек» на экране должен преодолеть в своём жизненном «квесте», барьера, который нужно взять, – эта роль словно написана для «плохого босса». И чем хуже босс, тем круче преодолеваемое препятствие и, следовательно, тем значительнее победа, которая ждёт «маленького героя» в конце фильма. Тем радостнее приветствует эту победу зритель. В этом есть что-то религиозное – от первых сектантов, переселившихся в Америку, от «отцов-пилигримов»: честно трудись, иди к своей цели, преодолевай трудности, будь крепок в своей вере. А что лучше подходит для испытания «маленького пилигрима» на прочность, чем встреча с «плохим боссом»?

Кроме того, «плохой босс» может понадобиться режиссёру, что называется, занимающему «активную гражданскую позицию». Такому режиссёру, как Оливер Стоун, например, который в «Уолл-стрите» вывел на экраны «великого и ужасного» махинатора Гордона Гекко, своими проповедями о жадности растлевавшего душу мелкому брокеру Баду Фоксу (впрочем, поначалу не очень-то и сопротивлявшемуся). Гордон Гекко – враг профсоюзов, разоритель простых честных тружеников (вроде отца Бада Фокса), беспринципный манипулятор, настоящая большая белая финансовая акула-людоед. Среднестатистическому зрителю немного спокойнее, когда такую рыбину хотя бы на экране насаживают на крюк. А ведь помимо известного всем «Уолл-стрита» есть ещё «Преданный садовник», «Интернэшнл», почти одноимённые под своими оригинальными английскими наименованиями «The Insider» («Свой человек») и «Inside Man» («Не пойман – не вор»). И в каждом – по крайней мере один босс-хищник. А уже упоминавшийся «Аватар»? А «Чужой»? «Чужие»? Разве в этих историях – хотя бы для проформы – Джеймс Кэмерон и Ридли Скотт не мечут стрелы в «безответственный большой бизнес», то вырубающий инопланетные деревья, то отправляющий астронавтов прямо в пасть к монстрам?

И последнее. Пусть даже это частично уведёт нас в сторону, но я сказал бы, что на киноэкранах мы видим не только больших боссов, действующих, как злодеи, но и злодеев, во многом напоминающих больших боссов. И весьма возможно, что именно здесь «управленческое злодейство» достигает наибольшего масштаба, превращаясь уже в «управление злодейством». Потому что на злодеяние, совершаемое организованно и с размахом, интереснее смотреть. Это прозвучало бы цинично, если бы не относилось главным образом к детективам, экранизации комиксов и шпионских романов.

Альфред Хичкок – мастер экранного «саспенса», напряжённого «подвешенного» ожидания – однажды заметил, что фильм интересен ровно настолько, насколько интересен в нём главный злодей. Рискну интерпретировать это так: злодей отвечает за «подготовку действия»; он «расставляет декорации», «готовит сцену». Раскрытие или предотвращение кинопреступления интересно лишь тогда, когда интересно само преступление. Кому был бы интересен даже гений дедукции мистер Шерлок Холмс, если бы ему не противостояли настоящие мастера злодейства? Великие комбинаторы с «тёмной стороны», и самый главный из них – профессор Мориарти, супермозг преступного мира. Закулисный топ-менеджер. Как бы мы вообще узнали, что Холмс – гений, имей он дело с одними карманниками?

Так получается, что для того, чтобы на экране развернулось захватывающее действо (злодейство), мы должны обратиться к специалисту, наделить его немалыми полномочиями и предоставить в его распоряжение ресурсы, необходимые для осуществления «проекта». Неординарное злодеяние – это своеобразное «предприятие». Зачастую – весьма крупное. Крупных предприятий без топ-менеджеров не бывает. Именам этих «топ-менеджеров» и противостоящих им героев суждено всегда стоять рядом, подобно именам Шерлока Холмса и профессора Мориарти. Супермен и Лекс Лютор, суперзлодей, основавший хай-тек-компанию LuthorCorp. и возглавляющий её совет директоров. Джеймс Бонд и Аурик Голдфингер, разрабатывающий грандиозный проект ограбления Форт-Нокса – хранилища золотого запаса США, или Эрнст Ставро Блофельд, руководитель глобальной преступной организации SPECTRE

Без всех перечисленных разновидностей киношных «плохих боссов» доброй половины современного западного кинематографа просто не существовало бы. А без реальных боссов, среди которых, не исключено, тоже немало «плохих», кинематографа не было бы вовсе. Эту едкую иронию ситуации наверняка оценил бы Джокер, извечный противник Бэтмена. Правда Джокер не может считаться «плохим боссом», и его присутствие здесь совершенно неофициально. (С другой стороны, когда подобные условности Джокера останавливали?)
Subscribe

  • Maverick — он же бродяга

    Но не прижилось переводное название в обыденной нашей киноманской действительности, а фильм так и смотрели как "Мэверик". А случилось это ещё в те…

  • "Трюкач" в главной роли

    Случайно вспомнил про этот фильм, рассматривая — кого ещё угораздило со мной в один день уродиться — Барбара Херши. Фильмов у неё несчетное…

  • Кинематограф. Хроники жизни Э. Вуда и "Хроники Ломбарда"

    Такой неожиданный ход мысли в виде сочетания двух представленных объектов рассмотрения был спровоцирован недавним днем рождения Элайджи Вуда,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments