kropyva1 (kropyva1) wrote in kultovoe_kino,
kropyva1
kropyva1
kultovoe_kino

Categories:

фон Триер, Меланхолия и тонкости перевода

Белый лимузин, если снимать его сверху, напоминает гроб. Машина не могла сделать поворот на узкой сельской дороге. Хотя несколько неуклюжих попыток все-таки было предпринято. В лимузине сидели жених и невеста, торопившиеся на празднование своей свадьбы в загородном особняке. Ничего не добившись от авто, новобрачные двинулись пешим ходом и опоздали на два часа. Хорошенькое начало свадебки. А конец ее был еще лучше и наступил очень, очень скоро. На следующий буквально день.


Но дорожный казус – это начало истории. Начало фильма – другое. В прологе на Кирстен Данст (лицо – крупный план) под Вагнера сыплются мертвые птицы. В рапиде. Она утопает в протоке Офелией с картины Миллеса (очень похоже). Продирается в рапиде же сквозь топи в подвенечном платье, по колена опутанная волочащимися нитями. И брейгелевских тревожных «Охотников на снегу» показали. Метафоричные кадры перебиваются кадрами «из космоса», на которых планета Меланхолия неумолимо идет на стык с планетой Земля. И стыкнулись они аккурат в тот момент, когда Вагнер достиг высшей точки драматического накала.


Не исключено, что фон Триер поставил перед собой такую задачу: добиться саспенса, еще в прологе раскрыв карты и рассекретив интригу. Можно ли испытывать волнение, если все известно заранее? Можно, если за дело берется фон Триер.


Эту историю я увидела, как «Жертвоприношение» наоборот. У Тарковского мужчина спасал мир от гибели. У фон Триера женщина гибель мира накликала или как минимум – приветствовала (из высших соображений). Только Тарковский безнадежно серьезен и режиссерское свое высказывание подает как откровение, не меньше. фон Триер же восхитительно глумлив и ироничен.



Зато в обеих историях присутствует ребенок, симпатизирующий герою/героине: сын – у Тарковского, племянник – у датского его коллеги. И обязательные тарковские лошади, символ движения, а следовательно, жизни, по «Меланхолии» проносятся в большом количестве. вернее, тревожатся, ржут и не подчиняются всадникам, предчувствуя скорый конец всего.


Главная героиня Джастин – немножко ведьма. То есть она чувствует, знает и понимает больше, чем остальные, чем ее старшая сестра, жених или рационально мыслящий деверь. Ведьма присутствовала и в «Жертвоприношении» Тарковского: служанка, от которой зависело не допустить конец света. А фонтриеровская ведьма апокалипсиса очень ждет и приближает разными магическими обрядами. Принимающими, как полагается, эротическую форму. Например, в брачную ночь отъебав на поляне для гольфа малознакомого парня (позиция сверху). Либо распростершись обнаженной на берегу протока в призывной позе, вся в бледном сиянии Меланхолии. И не потому, что зла. А потому, что мудра. И ей доподлинно известно: «жизнь есть зло». Сам жизненный процесс, а не поступки, совершаемые людьми. Не спрашивайте, почему. Доказательной базы не приводится, это аксиома. Особенность мироощущения. Или такое высшее негуманитарное знание.


«Жизнь есть зло» - ключевая фраза в фильме. Героиня произносит ее сдержанно и безэмоционально. Совершенно не с тем посылом, с каким каждый из нас хоть раз желал окружающим: «да чтоб вы все сдохли!..» Сестра Джастин Клэр придерживается на этот счет другого мнения. Сестре страшно и совершенно не хочется.


Но история Клэр – это вторая часть картины. Первая часть называется «Джастин» и там рассказывалась история разладившейся свадьбы и брака, распавшегося на следующий день. И невесты, честно попытавшейся сделаться, как все, но изначально такой не являющейся. Ее инаковость и стала причиной того, что благие намерения завершились скандалом. В отличие от статики пролога, сцены свадебной вечеринки сняты прыгающей камерой, что вызывает у зрителя ощутимый дискомфорт, до головокружения и боли в глазах. Соответствующий дискомфорту невесты, веселящейся из чувства долга (слово сестре дала).


Все на этой свадьбе шло не туда. Чудил склеротик-отец. Шокировала гостей и пророчила браку крах мать невесты. Босс-рекламщик требовал родить ему слоган прямо за пиршественным столом. А потому что не в свое дело ввязалась героиня, уступая настойчивым просьбам добропорядочной сестры. И ведьминская сущность Джастин сделала компромисс с обществом и приличиями невозможным. Уехал обиженный жених. Неотвязному боссу был выдан знаменательный слоган: «ничего». Глобальное «Ничего» и как его достичь – единственная и настоящая цель Джастин. Что до босса, то он расценил слоган как заявление об увольнении, и не ошибся.


А потом героиня впадает в состояние, внешне напоминающее сильное нервное истощение. Из которого ее пытается вывести сестра, воплощение нормальности и социальных императивов. Как соблюсти приличия в момент светопреставления – то, что серьезно заботило сестру Джастин. Зовут, кстати, ее Клэр, то есть – светлая. Натура Джастин – ночная, лунная, иррациональная. Свет и порядок, мрак и хаос – нормальная бинарная оппозиция. И можно предположить, что асоциальным поведением и вегето-сосудистой дистонией (и что там еще значилось в анамнезе?) Джастин реагирует на считываемые из космоса сигналы о грядущем конце.


Сестра окружает Джастин заботой. Но Джастин не может ни любимое блюдо съесть: мясо кажется пеплом на вкус (прозрачней некуда). Ни в наполненную ванну сесть, еле-еле заставили пальцы окунуть. Тут же выдернула руку, как из огня, и разрыдалась. Хоть вообще водные процедуры Джастин любит и на свадебной вечеринке вот сбежала от гостей и погрузилась, не сняв даже фаты. А у Тарковского, например, в фильмах вода – архаическая мифологема. Отсылающая к всемирному потопу. Это стихия, которую невозможно остановить, место гибели или знак утрат. Продолжите, кому не лень, цепочку.


Закончилось все, как и обещали. «Умерли все». И те, кто не верили и теоретизировали (муж сестры). И те, кто боялись и искали спасения (Клэр). И те, кто ни о чем не догадывались (племянник). И те, кто поняли все и знали, что так надо (Джастин). Две женщины и дитя сложили на пригорке из жердей остов вигвама и уселись внутри по кругу, держась за руки. Что тоже выглядело как жертвоприношение самого дорогого и любимого. Жертвоприношения во имя высшей цели: прекращения жизни как феномена, чтобы с ней прекратилось зло. Они сидели, а Меланхолия неотвратимо приближалась под Вагнера.
Было страшно, было больно и немножко жалко. Но так было надо.
PS. и последнее. Раз уж все в связи с выходом фильма дружно вспомнили гравюры А.Дюрера, то неплохо бы вспомнить, что означало для современников художника это слово. "Меланхолией" в XV веке называли склонность к философствованию, фантазиям. Закономерным следствием которых и было то самое мрачное, подавленное настроение. Которое считалось атрибутом всякой интеллектуальной деятельности.
(не лишним будет напомнить, что цитатный фон живописи старых мастеров в фильме богатый, обильный).

так что название фильма фон Триера переводится как: "мрачная фантазия".
Subscribe

  • Maverick — он же бродяга

    Но не прижилось переводное название в обыденной нашей киноманской действительности, а фильм так и смотрели как "Мэверик". А случилось это ещё в те…

  • "Трюкач" в главной роли

    Случайно вспомнил про этот фильм, рассматривая — кого ещё угораздило со мной в один день уродиться — Барбара Херши. Фильмов у неё несчетное…

  • Кинематограф. Хроники жизни Э. Вуда и "Хроники Ломбарда"

    Такой неожиданный ход мысли в виде сочетания двух представленных объектов рассмотрения был спровоцирован недавним днем рождения Элайджи Вуда,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments