shraibman (shraibman) wrote in kultovoe_kino,
shraibman
shraibman
kultovoe_kino

О картинах Хулио Медема







1. Картины

О фильмах Медема, по-моему, нельзя писать рецензии. О них, или, вернее, с них, следовало бы писать картины.  
Его картина Коровы вызвала ассоциации с Чурленисом, Тьерра - с сюреалистическими пейзажами Дали. Но все не то и все эти ассоциации не точны.
Каждый раз возникает ощущение, будто тебе показали странный объект, артефакт. Лежит перед тобою нечто эдакое, словно большой полупрозрачный камень, но не камень на самом деле, а объект с другими свойствами, отличными от тех, привычных. Или даже не объект, а просто кусок пространства - пространства с другими измерениями или с большим, чем в нашем мире, числом измерений.
И все же Коровы - испанский или баскский современный эпос (странный, как и русское слово "баскский" - с его двойным труднопроизносимым "ск"), а Тьерра - история любви к двум прекрасным женщинам. В Рыжей Белке снова распад человеческого существа на две личности, две истории жизни, две любви.  
В многомерном мире Медема нет привычной системы координат, в нем теряешься сразу же, как теряются синие точки, вспыхнувшие на мгновение в глазах у мертвого барана. Но это все пустяки. Гораздо важнее любящий взгляд того, кто творит миры.


2. Кольца

Часто сюжеты Медема закольцованы. В Коровах и Любовниках полярного круга- несвободная организация жизни,  закономерная неотвратимая череда событий, неумолимое пошаговое развитие. В Коровах к этой мерной поступи добавляется насилие.
В Любовниках главная героиня гибнет, замкнув своей смертью кольцо повествования. В Коровах неторопливая последовательность эпоса прерывается. Медем разрушает круг, уничтожает циклизм созданной им же вселенной насилия.
Однако, это уничтожение носит характер чуда, а не восстания. Земная любовь может подарить двоим любящим возможность бегства, но она бесполезна для остальных, расстреляных фашистами и брошенных в лесу.


3.Бессилие

Словно отражением бессилия современности, ее блужданий среди лжи и призраков, стал последний, самый слабый фильм Медема, Хаотичная Анна.  Героиня (Мануэла Велес) вызывает симпатию. Нежность, душевная тонкость. Непосредственность. Да и вообще, разве может не понравиться такая чуднАя девка, да еще выросшая на морском Побережье, в пещере с рисованными дверьми?  
Неожиданно Анна открывает в себе множество жизней. Где только она не побывала? Какие страны еще не видела? Множество душ обитает в ней. Она была матерью своего возлюбленного - бербера, убитой морокканскими солдатами и матерью индейского племени, жившего 2 тысячи лет назад в Северной Америке. Много судеб, смертей, рождений. И все это мучительно, потому что все эти женщины умирали, и умирали страшно. В хаосе чужих (чужих ли?) судеб, Анна пытается найти себя.
Но Медем не смог удержаться на нужной высоте. И сорвался с нее, неожиданно превратив картину в феминистскую агитку. Противопоставление женщин и мужчин, принимаемое всерьез, как нечто неизбывное, представление о современной цивилизации как об исключительно мужской, представление о женщине как об исключительной жертве мужского шовинизма...когда сексуально-озабоченная подруга главной героини в пятый раз повторяет фразу "все мужики - насильники", к ощущению дисгармонии добавляется уныние.
А ведь была иная возможность, намек на которую содержится в начале киноленты: союз свободных мужчин и женщин, творящих собственную жизнь, познающих себя и других.

 
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments