fourth_magus (fourth_magus) wrote in kultovoe_kino,
fourth_magus
fourth_magus
kultovoe_kino

Categories:

Кэтрин Хепберн как катастрофа феминизма.

Думаю не стоит удивляться тому, что самые яркие и знаменитые актёры и актрисы Голливуда со временем, а часто и при жизни не только потеряли свою реально-человеческую форму, но и возвысились над собственными художественными образами. Стали почти бесплотными сущностями, на правах ангелов витающими в безбрежном пространстве культуры. Мифологемами. Как Грета Гарбо, чьё лицо, словно лик Иисуса на платке Вероники, отпечатываясь на киноплёнке, стало чем-то вроде чуда богоявления. Как престарелый юноша Джеймс Дин или вечно женственная Мэрилин Монро, имя которой в качестве символа сексапила прошло через весь двадцатый век, осев в творчестве Уорхолла и Мэнсона.

            Однако куда более скудный ряд кинознаменитостей может претендовать на то чтобы называться не мифо-, а Идеологемами. Людьми, ставшими не выражением того или иного лайфстайла, культурным образом или ценным музейным артефактом стародавней эпохи черно-белого кино. Быть концентратом определённого поведения, способа мыслить и жить на экране, ненавязчиво (или навязчиво – это уже зависит от темперамента) отражая философские и социальные модели своего времени – задача ничуть не менее трудная. И справились с ней немногие, такие, например, как неизменный циник Орсон Уэллс (он же человек-который-всегда-добивался-чего-хотел). Кажется, что и Кэтрин Хепберн принадлежит этому кругу избранных.

Что и не говори, притягательна её, исполненная почти явной опасности для мужского пола и его цивилизации, харизма валькирии в сияющих доспехах и с остро-отточенными коготками. Сильная и самостоятельная женщина, опровергающая своей взбалмошностью и вздорностью любые законы логики, а следовательно Общества, Государства и Семейных отношений, Кэтрин не похожа на расхожий тип женщины-вамп. Последние, в изобилии бродившие, подобно неупокоенным душам, по сумрачным ландшафтам нуар-фильмов были, смею сказать, лишь неудачливыми (пусть и не лишёнными обаяния) конформистками, безуспешно пытавшимися развалить мужскую систему ценностей изнутри, но тем не менее заведомо, за неимением альтернативы, её принимавшими. Потому-то каждая их победа выглядит как печальная развязка истории, но уж никак не Истории, а каждое поражение – как триумф мужского ума над коварной женской чувственностью. Собственно, для победы над вамп обычно было достаточно скепсиса и интеллекта Хэмфри Богарта, тогда как в случае с Кэтрин Хепберн ощущается настойчивая потребность в противотанковом ружье, снабжённом бронебойными снарядами.

Миру, созданному самцами, противопоставляется равновеликая система, призванная к жизни бурной активностью (со всеми оттенками значения) героини. Система, где истеричка сдуру стреляющая в мужа-изменника становится защитницей семейства, усыновление ребёнка – выражением гражданской позиции, а незадачливый палеонтолог – подозрительным авантюристом. Иными словами, где всё поставлено с ног на крайнюю полку. Это-то нарушение законов мироустройства в данном конкретном кинофильме и представляет собой подлинную опасность. Именно отсюда феминизм, постепенно осознающий себя на протяжении двадцатого века, тянет свои коварные извивающиеся щупальца.

Хочется поставить себя на место зрителя (мужчины) кинозала конца тридцатых – начала сороковых и проследить за нервной пляской его забитого социальными комплексами подсознания. Если нуар-барышня будит в нём тонкое ощущение опасности, сказывающееся в безуспешно скрываемом эротоманском дрожании кончиков пальцев и тянущем холодке под ложечкой, то Кэтрин ошеломляет сразу, с налёту, в течении всего фильма оставляя ощущение непроходящего кошмара и дрожь уже не пальцев, а поджилок.

Конечно, заканчивать фильмы на таких ужасающих нотах, как воцарение амазонки над обломками маскулинной цивилизации было никак нельзя, да и не пришло бы в голову никому из создателей оных. Вот почему вставала необходимость постепенно на протяжении фильма, подводить зрителя (неважно, мужчину или женщину) к успокоительной мысли, что этот взбалмошный вихрь утихнет в надёжных мужских объятиях, оставив на время, если не навсегда, свои революционные амбиции. Заметим, что из всей серии искромётных комедий с Кэтрин, только Воспитание крошки заканчивается её полным триумфом, во всех остальных – партнёр, будь то Грант или Трейси побеждает её логикой, мудростью или простым здравомыслием. Таков, пардон, закон мужского кинематографа: потрепать нервы можно, разочаровать – никогда.

          Вот почему Кэтрин, являясь на первый взгляд, абсолютным воплощением феминизма, постепенно тянет его к катастрофе, ещё больше утверждая фундамент мира мужчин и мира для мужчин. Тем самым против заразы женского равноправия, а в худшем случае – всеправия, найдена эффективная вакцина. Социальный вирус ослаблен его голливудским суррогатом, а прекрасные и притягательные героини Кэтрин находят свой семейный очаг.

Subscribe

  • Maverick — он же бродяга

    Но не прижилось переводное название в обыденной нашей киноманской действительности, а фильм так и смотрели как "Мэверик". А случилось это ещё в те…

  • "Трюкач" в главной роли

    Случайно вспомнил про этот фильм, рассматривая — кого ещё угораздило со мной в один день уродиться — Барбара Херши. Фильмов у неё несчетное…

  • Кинематограф. Хроники жизни Э. Вуда и "Хроники Ломбарда"

    Такой неожиданный ход мысли в виде сочетания двух представленных объектов рассмотрения был спровоцирован недавним днем рождения Элайджи Вуда,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments