July 31st, 2008

Штиглиц

Гибелюшечка боженек

 
Hamlet liikemaailmassa (1987) Aki Kaurismäki.
"Гамлет" пошёл в разнос! С трагифарсовым треском рвётся связь времён – как брюки на заду у толстяка. С одного конца штанин – благородная жертва Оливье и Смоктуновского, боевитая оса по шею в паутине, с другого – сам уже паук, свиномордый вырожденец, чьей подлости позавидовал бы Клавдий. Даже имя-фамилия у центрального актёра Пиркка-Пекка Петелиуса какие-то вычурные! И как раз-таки этот упитанный мужчина – прямо Карлсон – в расцвете сил решает занять место своего отца – хозяина крупной индустриальной компании (и потенциальной фабрики по производству резиновых утят). Хождение по трупам и мукам сексуального голода ведут Гамлета к заветной цели – happy end with money в
о что бы то ни стало. Фиг там – герой-то он герой, но не его, Каурисмяки, романа. Выйдя невредимым за рамки классического сюжета, принц Финский подписал себе смертный приговор: смерть от руки пролетария, шофёра, чего-то (теперь понятно чего) выжидавшего весь фильм.
 30-летний Каурисмяки показывает чудеса остранения: о "высокой" англоманской драме не может быть речи. Лучшие декорации для кровавых разборок капиталистических акул – американский B-movie
, модернизированный, но отнюдь не вылизанный как у Джармуша. И, надо заметить, Аки – прирождённый стилист! Чего нельзя сказать о его союзниках по антибуржуазному лагерю: у лёгкого, вразрез с тематикой, приятно-тягучего, комфортного "Гамлет идёт в бизнес" нет ничего общего с шероховатой грубостью работ Годара ("Pierrot le fou" (1965), "Made in U.S.A." (1966)) и Фассбиндера ("Liebe ist kälter als der Tod" (1969)).
 Конечно, Шекспировым текстом пахнет – остроумно переиначенные диалоги, цинично осовремененные, но те же ситуации на месте – однако этот запах больше похож на вонь. Ведь семейка фашиствующих магнатов и процесс её разложения взяты режиссёром из "La Caduta degli dei" Висконти. Недаром Аки не впустил в сценарий кульминационный монолог Гамлета: вопрос "быть или не быть" не должен мучать детей Небытия.